bleu_claire (bleu_claire) wrote,
bleu_claire
bleu_claire

Герои нашего времени

Ежемесячный деловой журнал РБК
Герои нашего времени
Россиян, добравшихся до верхних ступеней карьерной лестницы в глобальных компаниях, единицы. Почему подобные примеры так редки?

Вице-президент IBM и президент подразделения Microsoft – что объединяет этих людей, кроме того что они занимают одни из самых высоких менеджерских позиций в мире? Оба они – наши соотечественники: родились в Москве, получили высшее образование еще во времена СССР и потом сделали глобальную карьеру. Талантливые ученые, программисты, спортсмены, музыканты... Мы привыкли видеть россиян в этих ролях. Да и предпринимателей немало, некоторым с нуля удалось построить внушительный бизнес, причем безо всяких нефтяных скважин. Но управленцы? В современном мире, живущем по англо-саксонской бизнес-модели, у нас, казалось, просто не было шанса конкурировать на равных с теми, кто правила игры усвоил с детства. И все же есть россияне, которые делают успешную карьеру в западных компаниях, ?побеждая соперников на их же поле. Мы пообщались с несколькими из тех, чьи истории вдохновляют, и попытались понять, в чем их секрет, каковы обязательные ингредиенты коктейля п?обедителя и что мешает повторить этот успех многим.

Начинайте с хорошего

Если посмотреть на трудовые биографии наших героев, бросается в глаза то, что почти все они начинали карьеру в иностранных компаниях. Кирилл Татаринов, сотрудник Института электронных управляющих машин, эмигрировал из СССР в 1990-м: «жизнь в стране разваливалась, а в семье было двое маленьких детей». Сначала в Израиль, потом в Австралию. Основал стартап Patrol Software, который в 1994 году продал компании BMC Software, куда и перешел работать. В 2002-м покинул ее, уйдя с должности старшего вице-президента, ради работы в Microsoft, где сегодня занимает пост президента направления бизнес-приложений Microsoft Dynamics.

Вадим Садовой работал в военной лаборатории по системам слежения при Санкт-Петербургском электротехническом университете, пока в 1992-м не бросил незаконченную кандидатскую и не ушел механиком в Coca-Cola. Сейчас он операционный директор компании Kellogg's в России. Аспирантка МГУ Инна Кузнецова решила устроиться в московский офис IBM в 1993 году, когда, по ее словам, аспирантской зарплаты стало хватать лишь на килограмм помидоров. В 1996-м она вслед за мужем переехала в США и там, по сути, заново начала карьеру в штаб-квартире IBM. Ее нынешний пост – вице-президент IBM по маркетингу и поддержке продаж системного ПО и независимых производителей ПО.

«Совет для тех, кто хочет построить глобальную карьеру, – начинать ее в международной корпорации, – говорит Юлия Никитина, управляющий партнер Boyden Russia и член совета директоров Boyden World Corporation, одной из ведущих мировых компаний по поиску руководителей высшего управленческого звена. – Потому что если ты пришел работать в «Роснефть», то и карьеру сделаешь только в «Роснефти», пусть и в ее африканском отделении». Такая бескомпромиссность г-жи Никитиной объяснима: международные корпорации – это обычно системный подход, навыки долгосрочного планирования и дисциплинированность. А что же тогда российские?

Авторитарный стиль управления, неприемлемый в западной бизнес-культуре, считают все наши герои. «Российский менеджер зачастую либо слишком властный, либо слишком пассивный, – рассуждает региональный директор по зарубежным рынкам компании Jaguar Land Rover Дмитрий Колчанов. – В Великобритании люди тяготеют к консенсусу, они могут принимать решения медленно, но выслушав все заинтересованные стороны. Российского менеджера я не охарактеризовал бы как работающего в команде». С ним соглашается и Юлия Никитина. «Наши управленцы в массе своей не умеют создавать команду, у них нет настоящих заместителей, – объясняет эксперт. – Это делает всю компанию очень хрупкой. И когда человек ее покидает, она рискует обрушиться, потому что руководитель не вырастил смену». Недостаток демократизма у российских менеджеров отмечает и профессор Эдвард Бейс, руководитель образовательных программ Института CFA. Они успешны в атмосфере конкуренции, однако их динамичность подчас воспринимается британскими коллегами как агрессивность.

Различия бизнес-среды таковы, что еще лет 15-20 назад западные фирмы зачастую предпочитали брать человека без опыта работы. В 1996-м выпускника МГИМО Иннокентия Алексеева пригласили возглавить юридический департамент российского представительства Unilever. «Трудно поверить, но я без опыта подобной работы оказался для них предпочтительнее тех, кто уже поработал на предприятиях», – вспоминает консультант британской юридической компании Mishcon de Reya.

Цена верности

«Для наших соотечественников характерны недолгосрочные отношения с работодателями, – делится мнением старший исполнительный директор российского офиса аудиторско-консалтинговой компании BDO Али Брундуков. – Год в одном месте, год в другом... Это проигрышная стратегия. Работодателю важно, чтобы вы были настроены на длительное сотрудничество». Сам Али пришел в консалтинговую компанию Accenture аналитиком в 1998-м, вскоре после окончания Санкт-Петербургского государственного инженерно-экономического университета. Через год его перевели в Германию, где за следующие 10 лет он вырос до руководителя глобального центра экспертов в отрасли добычи и переработки природных ресурсов Accenture, а это 5 тыс. сотрудников по всему миру. А в 2009-м вернулся в Россию, чтобы создать и возглавить направление практики природных ресурсов компании на рынке стран СНГ.

«Попрыгунчика» сложно оценить как профессионала, добавляет Юлия Никитина, ведь чем выше пост, тем дольше должен пробыть на ней человек, чтобы продемонстрировать результат. «Если кандидат проработал год генеральным директором и говорит мне, что он справился с поставленными перед ним задачами, то он или не был гендиректором, или попросту не понимает задач, возложенных на гендиректора», – категорична г-жа Никитина. Например, Дмитрий Колчанов пришел в компанию «Land Rover Россия» в 2001 году финансовым директором. В 2005-м занял кресло генерального директора российского представительства, а еще через пять лет, в июне 2010-го, получил повышение в штаб-квартиру Jaguar Land Rover в Великобритании.

Крупная зарубежная компания дает больше возможностей для развития, а как ими воспользоваться, зависит от человека. «Рост в крупной компании – вопрос твоих личностных качеств, а не навыков, – уверен Вадим Садовой. – Если ты чего-либо не знаешь, тебя научат. И в этом огромное преимущество иностранных корпораций». Так, придя в питерское представительство компании Coca-Cola механиком, Вадим через четыре года ушел уже с поста директора фабрики. За последующие 15 лет работы в Wrigley он стал лучшим директором предприятия во всей компании, внедрил свой опыт на фабриках США и Великобритании и в конце концов был назначен региональным директором по производству (регион, кстати, включал страны СНГ, Ближнего Востока, Африки и Южной Америки, а также Индию), а летом 2011-го перешел в Kellogg's.

Кризис вносит коррективы: если раньше корпорации предпочитали сами выращивать кадры, то теперь они все чаще ищут топ-менеджеров на стороне. Это особенно характерно для финансовой сферы, уточняет Эдвард Бейс. Но в любом случае приглашать будут профессионалов из ведущих мировых компаний. «Про российские банки такое пока говорить рано», – деликатно замечает эксперт.

Дурная наследственность

Хотя российское происхождение как таковое препятствием для карьеры не является, помехой может стать специфический багаж, который имеется у большинства наших сограждан. Он разнообразен – от крупногабаритного до совсем небольшого. Самый очевидный – языковой барьер. «Обычно у русских специалистов знание английского языка вполне достаточное, чтобы выполнять текущие служебные обязанности, – констатирует Кирилл Татаринов. – Но его не хватает, чтобы вести переговоры, лоббировать свои интересы и, как следствие, делать карьеру». Г-н Татаринов вспоминает, что и сам до эмиграции был уверен, что знает английский: за плечами была спецшкола и работа, где язык применялся каждый день. Но оказавшись в Австралии, Кирилл понял, как заблуждался. Помогли полугодовые курсы и ежевечернее выполнение домашнего задания.

Конечно, совершенное знание языка не панацея. Бросать все силы, например, на избавление от акцента не стоит. Во-первых, вряд ли получится, а во-вторых, его наличие (при условии, что он легкий и не мешает восприятию речи) не влияет на карьеру. «Продвигают людей по карьерной лестнице точно не из-за этого», – уверен Дмитрий Колчанов. Акцент, национальность, пол, возраст, цвет кожи – можно найти кучу причин, чтобы объяснить неудачи, но в большинстве случаев это не будет иметь никакого отношения к реальности, убеждена Инна Кузнецова.

И тем не менее... В IBM практикуется анонимное анкетирование сотрудников, из которого г-жа Кузнецова узнала: многие ее подчиненные испытывают дискомфорт из-за того, что она говорит с ними на повышенных тонах. В России этому не придали бы значения, но в США за хамство по отношению к секретарю могут уволить даже высокопоставленного сотрудника. Однако Инна знала, что не повышала голос. Оказалось, все дело в том, что русские говорят более экспрессивно и их манера речи воспринимается американцами как агрессивная, на повышенных тонах.

Али Брундуков подчеркивает, что для карьеры в Европе желательно знать еще и язык той страны, где вы работаете. Пусть в офисе и используют английский. «Это уважение к людям и возможность большей локализации, – говорит Али. – А локализация – тоже путь к успеху». Для победы на чужом поле важно знать правила игры до самых мелочей. Так, люди по-разному относятся ко времени. «В России, если встреча назначена на 11:00, то к этому часу сотрудники начинают подтягиваться к переговорной, – приводит пример г-н Брундуков. – Немцы в 11:00 уже будут на месте, а швейцарцы придут заранее, включат ?ноутбуки, чтобы ровно в 11:00 начать работу».

Продаю себя. Дорого

Мелочь к мелочи – и складывается совершенно иная корпоративная культура. Кирилл Т?атаринов признается, что именно она стала для него главным барьером в карьерном росте. «В США все строится на лоббировании. Там не принято быть скромным, надо себя нахваливать», – отмечает он и вспоминает, что именно это давалось ему особенно тяжело: в детстве учили вести себя по-другому. Неумение правильно себя подать часто мешает россиянам в административном росте, соглашается Али Брундуков. «10 лет проработав в Европе и вернувшись в Россию, я вижу, что наши сотрудники не хуже зарубежных, – рассказывает он. – У них хороший багаж знаний, они гибче, чаще готовы взять на себя дополнительные задачи, задержаться на работе, поехать в командировку. Но при этом не могут себя презентовать».

В начале этого года вышла книга Инны Кузнецовой «Вверх! Практический подход к карьерному росту», в которой автор предложила свой рецепт успешной карьеры. Среди прочих компонентов – как раз умение напомнить о себе в нужный момент. В 1993-м, когда московский офис IBM искал руководителя отдела продаж, наряду с Инной собеседование проходили еще 13 соискателей. Результат обещали сообщить через две недели. На 14-й день, поборов смущение, Инна позвонила своему потенциальному начальнику. И оказалась единственной из кандидатов, кто проявил такую озабоченность своей судьбой. Неудивительно, что место досталось ей. Позже, уже работая в штаб-квартире IBM, Инна заметила, что обычно директора получают следующее повышение – должность вице-президента – не менее чем через пять-шесть лет. Но обнаружив, что один из вице-президентов достиг цели всего за два года, она решила попытать удачи. Вскоре ей предложили возглавить сразу два новых для нее направления, за которые раньше отвечали два руководителя. Инна выразила готовность, но спросила шефа, будет ли он рекомендовать ее к повышению в случае успеха. «Пришлось повоевать с «хорошей девочкой» внутри себя, чтобы задать этот, как мне казалось, очень дерзкий вопрос», – пишет г-жа Кузнецова. Начальник ответил утвердительно, и через два с небольшим года Инна получила повышение.

Родина или заграница?

Иннокентий Алексеев стал сознательно искать работу за границей, когда у него родилась дочь, – хотелось, чтобы она жила в нормальных условиях. К тому же решил доказать самому себе, что можно стать успешным и востребованным не только в России. За плечами был опыт работы в Unilever, западных юридических компаниях и МДМ-Банке, учеба в Стэнфорде. В итоге он принял предложение возглавить одно из направлений Standard Bank в Великобритании. И сейчас г-н Алексеев подумывает о создании собственного дела именно в Лондоне. В планах – консалтинговые услуги для отечественного бизнеса, выходящего на британский рынок, и создание собственного фонда прямых инвестиций в российскую альтернативную энергетику.

Кирилл Татаринов также уехал из России за лучшей жизнью, но возвращаться не собирается по иной причине. «Для моей профессии лучшим местом в мире остается Америка, – полагает президент направления бизнес-приложений Microsoft. – Я не знаю другой позиции, которая бы открывала передо мной такие возможности». Инна Кузнецова с ним согласна: ей предлагали работу на российском направлении, но это могло бы препятствовать ее дальнейшему росту. Что неудивительно, ведь на российском рынке IT-компании зачастую представлены продажами и обслуживанием, а основные стратегические решения принимают в штаб-квартирах.

Для большинства наших героев выбор места определяется карьерными устремлениями. И если Россия – мировая провинция с точки зрения IT, то в плане, скажем, природных ресурсов это очень перспективное направление. Именно так два с половиной года назад рассудил Али Брундуков и из всех возможных вариантов дальнейшего роста выбрал предложение вернуться на родину, чтобы усилить бизнес компании в секторе добычи и переработки природных ресурсов. Тот же мотив – новый вызов и, значит, новые возможности на растущем рынке – послужил для него причиной поменять работу: в ноябре г-н Брундуков перешел в компанию BDO на должность старшего исполнительного директора, возглавив все консалтинговое направление. Теперь в его компетенции помимо ресурсов еще и электроэнергетика, транспорт, GR и пр.

Для компаний сектора товаров массового потребления Россия зачастую становится центральной страной региона, именно отсюда ведется управление бизнесом, например, по всей Восточной Европе.

Всему есть время

Казалось бы, ничего сложного... Не совсем. Юлия Никитина заметила, что для российских менеджеров характерны две черты. Первая – неумение выстраивать работающую систему. «Мы можем сотворить подвиг, можем показать уникальную креативность при аврале, но выдавать стабильное качество постоянно – не про нас», – утверждает она. Вторая черта связана с первой, и это безынициативность. «Меня никто не слушает, не понимает, начальник вообще дурак» – вот самая распространенная жалоба, когда речь заходит о работе. Хотя обычно все упирается в коммуникацию», – описывает ситуацию эксперт. Те, кому удается выстроить успешную карьеру в западной компании, не ограничивают свой потенциал. Они не боятся желать большего и стремиться к лучшему.

И они не задаются вопросом, можно ли совместить карьеру и личную жизнь, добавляет Инна Кузнецова. Потому что умеют управлять временем, успевая реализовать себя во всех ипостасях. Так, сама Инна уже давно является блогером-тысячником: ее дневник в «Живом журнале» посвящен карьерному росту. А Кирилл Татаринов имеет сертификат инструктора по горным лыжам и учит кататься детей, у которых проблемы со здоровьем. В то время как тысячи офисных хомячков валятся полумертвыми после напряженного рабочего дня.

Иннокентий Алексеев, консультант Mishcon de Reya

«Если есть желание сделать карьеру с хорошей финансовой составляющей, то лучше работать в России. Но если хочешь стать профессионалом глобального уровня, надо обязательно поработать в международных компаниях. Лишь там можно научиться смотреть на вещи широко, не местечково».

Инна Кузнецова, вице-президент IBM

«Получить позицию, связанную с Россией, русскоговорящим всегда проще, а вот вернуться на «глобальные» должности может оказаться тяжелее, придется вновь доказывать свое умение добиваться результатов вне родной страны».

Кирилл Татаринов, президент направления бизнес-приложений Microsoft Dynamics

«На работе я не чувствую настороженного отношения к себе из-за своего происхождения. Возможно, это специфика компании мирового масштаба. У нас работают специалисты из Индии, Китая – отовсюду. Это и помогает нам иметь глобальный взгляд на рынок».

Дмитрий Колчанов, региональный директор по зарубежным рынкам Jaguar Land Rover

«Чтобы работать за границей, хорошо бы иметь западное образование. То, чему учат на Западе, применимо и в России, и за рубежом. Я получил МВА в Уорвике, это очень помогает мне в работе».

Али Брундуков, старший исполнительный директор BDO

«Построить успешную карьеру за рубежом россиянам мешают два барьера - языковой и визовый. Не все компании готовы ждать несколько месяцев, пока идет оформление рабочей визы. Других препятствий я не вижу».

Вадим Садовой, операционный директор Kellogg's

«Восточноевропейский менталитет в глазах англичан – это агрессия. В частности, наша манера речи им кажется авторитарно-директивной. Подчиненному британцу нельзя сказать: «Делай так-то». У них парламент уже 700 лет, и они привыкли все обсуждать».Читать далее >

Ежемесячный деловой журнал РБК

Subscribe

  • Into you

    Мы в эту пятницу выбрались на обед с Дашей в Dinings. В этом предложении все прекрасно - и что мы с Дашей увиделись, и что не просто в ресторане, а в…

  • Early motherhood

    В нашем случае коронавирус стал в итоге скорее позитивным опытом, чем негативным. Мы остались одни дома, Рауль продолжил работать и взял на себя…

  • Десять процентов

    Я до BCG себе «запрещала» смотреть сериалы кроме каких то избранных тк мне кажется это эпидемия бессмысленного убивания времени 21 века на уровне…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments